В старшей школе Асахи, где каждый день похож на предыдущий, существует негласное правило: никто не ходит по крытому мосту, соединяющему основное здание со старым спортивным корпусом. Говорят, там обитает призрак девушки, погибшей десять лет назад, и любой, кто ступит на мост после заката, будет проклят. Первокурсник Рёта Сакураи, новичок в школе, не верит в россказни, но однажды, спасаясь от преследующих его хулиганов, вбегает на мост. Вместо призрака он находит Харуку — тихую и странную девушку из параллельного класса, которая сидит на полу, рисуя мелом странные символы. Она не выглядит испуганной, скорее раздражённой тем, что её покой нарушили. Харука объясняет, что мост — это не место проклятия, а портал, который она пытается запечатать, чтобы в мир не просочилась «Буря» — хаотичная энергия из другого измерения, питающаяся человеческими страхами. Рёта, сам того не желая, становится свидетелем того, как Харука вступает в схватку с тенью, вырвавшейся из трещины в стене. Он понимает, что легенды о призраке — лишь ширма, а настоящая опасность гораздо страшнее.
С этого момента жизнь Рёты переворачивается. Харука, оказавшаяся последней хранительницей моста из древнего рода, берёт его в помощники, потому что печать слабеет с каждым днём, а в одиночку ей не справиться. Теперь каждый вечер после уроков они вдвоём стоят на страже, отбивая атаки «Бури», которая принимает облик их самых сокровенных страхов: для Рёты это боязнь быть отвергнутым, для Харуки — страх потерять контроль. Параллельно они пытаются выяснить, кто десять лет назад намеренно повредил печать, запустив цепную реакцию. Подозрение падает на учителя истории, который слишком интересуется оккультизмом, и на загадочного президента школьного совета, который всегда появляется в самый неподходящий момент. Но главное испытание ждёт их впереди: в ночь полнолуния «Буря» набирает полную силу, и мост начинает рушиться в прямом смысле слова. Рёте и Харуке придётся не только сражаться с монстрами из своих кошмаров, но и решить, готовы ли они пожертвовать своей обычной жизнью, чтобы навсегда закрыть проход, или же оставить его открытым, зная, что тьма никогда не исчезнет полностью.
