Каждый вечер, когда супермаркет «Марс» готовится к закрытию, к задней стене выходит Такуя. Ему двадцать семь, он работает в отделе бытовой химии, и его единственная радость за смену — это пятнадцать минут, которые он проводит с сигаретой в зубах, глядя на пустую парковку. Обычно он молчит, но в последнее время к нему присоединяется Мидзуки — девушка из отдела выпечки, которая курит редко, но стоит рядом, грея руки о стаканчик с автоматным кофе. Их разговоры никогда не бывают глубокими: она жалуется на менеджера, он рассказывает, что вчера пересмотрел старый фильм, и оба делают вид, что не замечают, как их плечи почти соприкасаются. Но однажды вечером Мидзуки не выходит на перекур. Такуя ждет десять минут, потом пятнадцать, а на следующий день узнает, что она уволилась без объяснений. Он не знает её номера, не знает фамилии — только то, что она любила клубничные пончики и ненавидела, когда в хлебном отделе перебарщивали с корицей.
Проходит месяц, и Такуя начинает замечать странные вещи. На парковке, ровно в то же время, когда они курили, теперь стоит белый фургон с выключенными фарами. Из него никто не выходит, но Такуя чувствует, что за ним наблюдают. Он пытается выбросить это из головы, но однажды, задержавшись после смены, видит, как из подсобки выходит мужчина в форме службы доставки и передаёт конверт новому сотруднику — парню, который теперь работает на месте Мидзуки. Такуя вскрывает конверт, оставленный без присмотра, и находит там фотографию: Мидзуки, снятая со спины, стоит у того самого супермаркета, а рядом с ней — он сам, с сигаретой в зубах. Снимок сделан в тот вечер, когда она исчезла. Теперь каждый перекур превращается в тихую охоту: Такуя начинает следить за фургоном, за новым пекарем, за тем, кто оставляет странные метки мелом на асфальте. Он понимает, что Мидзуки не просто ушла — её забрали, и что его собственное спокойное существование в отделе бытовой химии было лишь декорацией для чего-то гораздо более тёмного. И когда он в очередной раз выходит на перекур, зажигая сигарету дрожащими пальцами, из темноты парковки раздаётся голос: «Ты ведь тоже заметил, да?» — это говорит человек, сидящий в фургоне, и Такуя понимает, что пятнадцать минут покоя кончились навсегда.
